Гении и безумцы

Гении и безумцы

Гении и безумцы

Древние слово соревновались между собой, описывая сходство между гениальностью и безумием. Великий Демокрит говорил о том, что именно безумие рождает уникальных поэтов. Ему в этом вторил Аристотель. рассказывая, что безумие дарует людям возможности творческих взлетов. И, наконец, Стендаль с присущей ему мягкой иронией замечал, что биографию великих людей должны были бы написать их врачи.

Великий Ван Гог боготворил Гогена. но поссорившись с ним, художник набросился на друга с бритвой, а затем этой же бритвой отрезал себе ухо. Врачи вынести Ван Гогу приговор: маниакально-депрессивный психоз. Врубель и Хармс лечились в психиатрических клиниках, Достоевский страдал эпилепсией, у Мандельштама был тяжелый невроз и попытки суицида.

В чем эволюционные смысл гениальности? Не является ли секрет гениальности в том, что именно гениальность расширяет логику нашего мышления? Взглянем на то, что сделал Эйнштейн. Он подарил нам возможность существовать в разных мирах, в разных системах координат, и тем самым раздвинул пространство, в котором мы с вами живем. Не является ли смысл гениальности в том, она дает нам иные пути развития? Но почему тогда гениальность ассоциируется с безумием?

Есть ли связь между гениальностью и безумием?

За многие века изучения этого явления ученые пришли к выводу: в психологических механизмах мышления гениев и безумцев, как это ни странно, много общего. Об этом свидетельствует одна из ведущих концепций психологии 20 века – Концепция вероятностного прогнозирования. Она показывает, что главное сходство мыслительных процессов гения и безумца – актуализация маловероятных, скрытых признаков при решении различных задач.

Вот простой эксперимент. На классификации «четвертый лишний» предлагается 4 слова: человек, змея, лошадь и телега. Вопрос: кто или что здесь лишнее? Большинство скорее всего назовет телегу, поскольку это единственный в этом ряду неодушевленный предмет, и это логично. Больной эпилепсией лишней в том ряду назовет змею. Его мышление привязано к конкретной ситуации, он раб конкретной ситуации, и поэтому как ребенок 4-х лет выбросит самое опасное. Больной же шизофренией может сказать: я вижу разные сочетания атомов.

На первый взгляд гениальность и безумство – явления схожие. Но это – только на первый взгляд. И тут, и там – отлет от действительности. Но если за отлетом безумства – историческая и культурная пустота, Отлет гения – это изменение истории и культуры. отлет Эйнштейна – это наша жизнь в разных системах отсчета, это новая история цивилизации. И именно поэтому мы говорим: Эйнштейн гений!

Любой толковый словарь современного русского языка расскажет вам, что человек, обладающий высшей степенью творческой одаренности – гений. Однако изначально понятие «гений» происходит от латинского genius, что значит «дух», т. е. сверхъестественное существо, находящееся между богами и человеком.

А почему, собственно, видят связь между гениальностью и безумием? Во-первых, люди защищаются от мысли, что есть кто-то, кто превосходит их по своему интеллектуальному, художественному и прочему потенциалу. Вторая причина заключается в желании людей понять: как такое возможно, как до этого можно додуматься, как можно так написать картину? Поскольку люди склонны интерпретировать через себя, понимая других людей, а тут никакого понимания не наступает, то естественно возникает идея, что, наверное, все это связано с какими-то отклонениями от нормы.

Известный немецкий психолог и психиатр Эрнст Кречмер в своих исследованиях выделил Признаки среднестатистического гения. это человек психопатичный или невротичный, со сверхчувствительными нервами, раздражительный, обидчивый, капризный, с бурными аффективными реакциями и частыми перепадами настроения, у него практически отсутствует способность к приспособлению.

Вы можете спросить: в чем проблема? Ведь все так просто? Взять гениальных людей, проверить, были ли они здоровы, больны или безумны, и весь загадочный узел распутается.

В современной психологии существует несколько направлений, которые пытаются разгадать природу гениальности. Одно из них – гештальтпсихология. Классики гештальтпсихологии – такие исследователи, как Макс Вертгеймер и Карл Дункер – разрабатывали психологию продуктивного мышления. Они говорят нам о том, что за гениальностью стоит преодоление феномена функциональной установки, функциональной фиксированности. Что это такое? Это инерция нашего мышления, ригидность нашего мышления. Как только Коперник переструктурировал ситуацию, он оказался не в мире Птолемея. а в мире Коперника – вот яркий пример выхода за рамки стереотипов, фиксированных установок, преодоления функциональной ригидности.

«Все таланты близки к безумию», – гласит итальянская пословица. Может быть, именно она натолкнула Чезаре Ломброзо. известного ученого 19 века, который, кстати, страдал эпилепсией, на то, чтобы провести анализ творчества и жизни гениальных людей. Написанная им книга «Гениальность и помешательство» до сих пор считается классической работой в этой области.

Ломброзо утверждал, что гениальность есть не что иное, как продолжение странностей и даже аномальностей человеческой природы, что нередко в конце концов завершается помешательством. Гениальность и помешательство – он настойчиво пытается сблизить эти понятия.

Ломброзо даже составил список душевнобольных гениев, в котором были имена Сократа, Свифта. Руссо. Наполеона, Шумана, Петра I, Гоголя. Это далеко не полный список. Он указал на Особенности психики гениальных людей. повышенная чувствительность, раздражительность, доходящая до болезни, внутреннее беспокойство и т. д.

Он пришел к выводу, что гениальность и помешательство очень тесно связаны. В том числе проследив это на примерах великих художников: Ван Гога, покончившего с собой после лечения в психиатрической больнице, Гойи. вошедшего в свой депрессивный приют и рисовавшего черные картины, после того, как его первые картины были радужные и жизнерадостные. Ломброзо не сомневался, что это явления одного круга, что Гениальность – это недалеко зашедшее помешательство. а помешательство – это далеко зашедшая гениальность.

Тем не менее учение Ломброзо во многом наивно. Оно не случайно подверглось резкой критике, давая повод целому ряду исследователей утверждать обратное и упрекать итальянца в тенденциозном истолковании фактов о жизни великих людей.

Грань между здоровьем и болезнью условна. Если люди действительно яркие, то очень часто в этой яркости присутствует компонент странноватости и неожиданности для окружающих.

Результат многовековых споров таков: Между психопатологическим и гениальным связь все-таки есть. Несомненно то, что гениальными становятся люди с определенным типом психики. У них появляются сверхценные идеи и навязчивые вдохновения, которые и способствуют творчеству.

Некоторые ученые, сталкиваясь с феноменом гениальности, говорят: это просто, это мутация, такого биологическое объяснение гениальности. Однако эта точка зрения весьма наивна: из комбинации генов вы никогда не выведете комбинацию гениев.

В основе гениальности лежит творческое мышление

В чем же ключ к природе гениальности? Если бы у вас был в руках самый точный электронный микроскоп, вы все равно бы не смогли с его помощью провести лини водораздела между мозгом гения и мозгом другого человека. Этот ключ лежит в природе творческого мышления, в уникальном механизме творчества, благодаря которому гений выделяет такие признаки мира, которые другой человек не видит и не может увидеть.

Классик современной психологии Александр Романович Лурия в своей работе, посвященной одаренным детям, рассматривает условия, при которых ребенок может стать гениальным. Лурия – один из лидеров культурно-исторической психологии. Сегодня культурно-историческая психология говорит о Мотивационных типах гениальности. То есть если существует мотивация к познанию, творчеству и если она является сверхмотивацией, то так или иначе она может пробудить задатки, которые превратятся в способности – основу разных форм одаренности.

Почему Моцарт уже в 3 года играл на скрипке и клавесине, Шопен в 8 лет давал первые концерты? Среди маленьких детей много одаренных, тех, кого мы называем вундеркиндами, но вырастая, гениями становятся лишь единицы.

Очень часто такие генетические задатки в детстве даются всем, ребенок может их как-то проявить, а потому, будучи невостребованными в жизни, эти возможности схлопываются. В период полового созревания человек главным образом должен усвоить моральные стандарты: можно, нельзя, почему. И тогда его креативные возможности – мыслить, нестандартно видеть реальность, что-то изобретать – в какой-то степени сужаются.

Шестилетнего мальчика спрашивают: кто такой ученый? Он мгновенно отвечает: это расширитель проблем. Следующий вопрос: кто такой зритель? Мгновенный ответ: это тот, кто сидит и завидует. С точки зрения взрослого это нестандартные решения, с точки зрения ребенка – нормальные и естественные, потому что нет цензурирования и нет знания условностей. Взрослые живут в условном мире, а дети – в безусловном. Глаза ребенка открыты, внутренний цензор не работает. Потом ребенок вырастает, его голос перестает быть слышимым, он затерт взрослыми голосами и родительскими нормами. Т. е. ребенок – один из персонажей в нас живет, и в гениях он существует.

Для объяснения сходства гениальности и безумия существует немало фантастических концепций, которые пытаются дать их научное обоснование. Одна их этих концепций – это выведение гениальности и безумия из разных генетических линий. Одни потомки от природы гениальны, другие – от природы безумны. И вот когда скрещиваются две ветви, какая побеждает? Если побеждает ветвь великих потомков, то появляются гении. Если побеждает патологическая ветвь, появляются безумцы. Сколь велика наивность подобных мифов…

Всем сегодня известен термин мозговой штурм. Участники мозгового штурма часто предлагают нелепые, заведомо странные решения, но при этом существует запрет на критику и это обязательное условие, потому что критика может сбить и уничтожить высказывание неожиданных вариантов. Это ситуация искусственного рождения креативности.

Люди, которые знакомятся с постулатами специальной теории относительности, впадают в состояние шока, потому что очень трудно признать и поверить в это. Настоящий гений действительно порождает в аудитории ощущение шока. От художников, поэтов, композиторов люди часто требуют эмоционального воздействия. Чем оно сильнее, тем выше шанс, что созданное человеком произведение станет гениальным.

Получается, не гений создает произведение, а произведение гения. Гений как историческая личность не обязан быть чем-то высшим, непорочным, он может умереть неоцененным и обрести славу после смерти.

20 ноября 1998 года. Нью-Йорк, аукцион Кристис. За астрономическую сумму – 71 миллион долларов – продано гениальное полотно Винсента Ван Гога «Портрет художника без бороды». Картина стала третьей в списке самых дорогих художественных произведений, когда-либо продаваемых на знаменитом аукционе. Этот автопортрет, написанный в 1889 году, считается последней работой художника. Написан Ван Гогом в подарок матери в честь дня ее рождения. В это время он находился в психиатрической лечебнице и был уже серьезно болен. Именно последние его полотна наиболее высоко оцениваются специалистами.

Одной из черт личности гения является его Ранимость. Гении как никто обладают повышенной чувствительностью к разным явлениям нашего мира. Эта чувствительность, или как мы говорим – сенситивность, виновница того, что гении часто срываются, впадают в депрессии, и именно поэтому воспринимаются другими как безумные. Это своеобразная и порой горькая плата за то, что они гениальны. Если гений обладает повышенным слухом, как например, гениальный композитор, то плата за это – повышенная боль и чувство видения в мире того, что не видят, не слышат и не чувствуют другие люди.

Гениальность – это работа бессознательного, а не сознания

Первый эпилептический припадок случился у Достоевского, когда ему было за 30. Эти припадки происходили примерно 1-2 раза в месяц. После них писателю приходилось отлеживаться не менее 3 дней. В это время у него были провалы в памяти, накатывали депрессии. Но несмотря на все страдания, которые ему доставляла эпилепсия, он боялся ее полного прекращения. За несколько секунд до наступления припадка он впадал в экстаз. Писатель говорил, что в этот момент он испытывал чувство полной гармонии.

«Вы все здоровые люди и не подозреваете, что такое счастье. То счастье, которые испытываем мы, эпилептики, за секунду перед припадком. Верьте слову: все радости, которые может дать жизнь, не взял бы я за него».

Известный поэт и философ Дмитрий Мережковский в книге «Л. Толстой и Достоевский» пишет: «…припадки падучей были для Достоевского как бы внезапно открывавшимися окнами, через которые он заглядывал в потусторонний свет».

Настоящий художник, производящий какие-то новые формы, новые идеи, он всегда немножко неровен, у него всегда есть периоды подъемов, спадов, откатов, иногда эти периоды сильно затягиваются. Гениальность совершенно необязательно заканчивается сумасшествием, но практически все гениальные люди имеют как минимум очень большие странности.

Гениальность – это прежде всего работа бессознательного, а не сознания, поэтому часто люди гениальные утверждают, что их Произведения рождаются помимо их воли. а сами творцы как будто наблюдают со стороны за этим чудом. Душевная болезнь в жизни гения – как дверь, которая открывает ему путь в глубины бессознательного, которые для большинства смертных попросту недоступны. Кто-то называл это божественным даром, кто-то – вдохновением, а кто-то – одержимостью.

Гений часто вырывается из своего времени, опережает свое время. Андрея Белого гением обычно не называют, но видел он очень далеко, когда в 1913 или 1914 году сказал, что мир рвался в опытах Кюри лопнувшей атомной бомбой. Т. е. на 30 с лишним лет он опередил или предсказал взрыв в Хиросиме.

Мы никогда с вами не поймем природу гениальности, если не обратимся к миру бессознательного. Например, к такому явлению, как гипермнезия. или сверхпамять. В состоянии творческого порыва, в состоянии транса человек вдруг начинает вспоминать ситуации, о которых он не мог знать, ситуации, в которых он никогда не был: вдруг он начинает говорить на языке древних викингов. Подобные ситуации гипермнезии связаны с измененными состояниями сознания, которые мы не рефлексируем. Эти состояния помогают нам понять, что есть Царство иной логики, где рациональность не действует .

Многие поэты диктовали свои стихи в состоянии, похожем на сон. Во сне Вольтер задумал одну из своих песен, а Ньютон во сне разрешал математические задачи. Говорят, что во время сна Лафонтен сочинил басню «Два голубя», а Моцарт сознавался, что музыкальные идеи являются ему невольно. Лев Толстой не скрывал, что часто пишет против своей воли, побуждаемый давящими внутренними импульсами. Главный парадокс гениальности в том, что сам по себе гений дисгармоничен, но его творения совершенны.

Но все же слишком часто у гениев наблюдались различные отклонения. Пушкин, например, страдал мучительной ипохондрией. Ему казалось, что вот-вот его постигнет кровоизлияние. Знаменитый художник Исаак Левитан на протяжении всей жизни мучился от маниакально-депрессивного психоза, его терзали приступы тоски, безысходности. А Николая Гоголя от самоубийства спасала только глубокая религиозность. Одной из разновидностей невроза страдали Гете и Хемингуэй. Различными фобиями страдали Булгаков, Фрейд, Зощенко, Бехтерев. Список можно было бы продолжить и дальше.

Замечательный поэт Игорь Северянин говорил о себе с уникальной скромностью: «Я, гений Игорь Северянин». Мы все с вами знаем, что каждый из нас так или иначе в некоторые мгновения считает себя гением, но далеко не каждый из нас решится сказать: а не безумен ли я? На самом деле вопрос о том, где гениальность, а где безумие – это великий вопрос и великая тайна. И бойтесь того, кто скажет, что понимает, в чем здесь суть-дело.

Метки: . Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии запрещены.