Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (А

Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (А

Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович (А. В. Шувалов)

СТАЛИН (наст. фам. Джугашвили) ИОСИФ ВИССАРИОНОВИЧ (псевд. Коба и др.) (1879–1953), российский политический и государственный деятель, генеральный секретарь ЦК КПСС (1922–1953 гг.); генералиссимус (1945 г.).

. отец Сталина тоже был алкоголиком. И сын Сталина Василий тоже был алкоголиком и умер в изоляторе для алкоголиков. У матери Сталина сначала было 3 нежизнеспособных ребёнка, а Сталин был 4-ым и единственным, кто выжил (Климов, 1994: 27, 36).

Он был сын пьяницы, презираемого всем посёлком, и умной волевой женщины, на которой держался весь дом, из-за чего вечно пьяный муж ненавидел её лютой ненавистью. Дочь сына Якова, по мнению некоторых психиатров, страдала вялотекущей шизофренией. Сын от второй жены вскоре после смерти отца спился и умер опустившимся алкоголиком. Дочь, выходив много раз замуж, в конце концов бросила своих детей и тайком уехала в страну, с которой враждовала её родина, и там стала публиковать книги против отца (Буянов, 1994: 43).

(Старший сын Яков) кончил жизнь самоубийством в фашистском концлагере, спровоцировав охранника на выстрел в упор (это была уже вторая попытка, первый раз он стрелялся самостоятельно в 18 лет) (Меняйлов, 1997: 106).

(Дочь Светлана) Свою жизнь она закончила в психиатрической больнице (Ноймайр, 1997: 445).

К ВОПРОСУ О ПСИХИЧЕСКОМ ЗАБОЛЕВАНИИ

Здоровое недоверие хорошая основа для совместной работы.

Коль скоро у Сталина речь идёт о наследственной отягощённости алкоголизмом, то у него при рождении мог иметь место фетальный алкогольный синдром с характерными черепно-лицевыми дисморфиями, пороками развития сердечно-сосудистой системы и конечностей, а также признаками антенатальной задержки роста и развития (Гиндикин, Гурьева, 1999: 190).

В юные и молодые годы у И. Сталина в определённых ситуациях ярко выступали шизоидные черты характера замкнутость, нелюдимость, отчуждение от окружающих, эмоциональная холодность, поразительная сдержанность в проявлении чувств, неспособность к сопереживанию, нонконформизм в поведении, погружение во внутренний мир необычных интересов. Эти качества проявлялись в трудных ситуациях. Впервые это случилось в духовной семинарии с её интернатом и иезуитскими порядками. Впрочем, на всю жизнь он сохранил шизоидные черты поразительную сдержанность в проявлении чувств (до того, как в старости появились признаки церебрального склероза), холодная невозмутимость. Одним из сильных, провоцирующих паранойяльные черты факторов является ситуация, когда в руках шизоида оказывается огромная власть. До 39 лет Сталину такие случаи не представлялись. в последний год жизни паранойяльное развитие достигло уровня бредового психоза (Личко, 1994: 16).

Трудно, невозможно понять и объяснить перелом в психике Иосифа Виссарионовича, начавшийся к концу двадцатых годов и обостривший самые скверные черты характера, если не учитывать те неприятности, которые обрушились на Сталина в личной жизни. (В. М. Бехтерев[1 ] ) осмотрел Иосифа Виссарионовича дважды за одни сутки. Утром и поздно вечером после работы. На кремлёвской квартире. Заключение Владимира Михайловича было безрадостным. Неуравновешенная психика. Прогрессирующая паранойя с определённо выраженной в данный момент чрезмерной подозрительностью, манией преследования. Странно, однако, на самого Сталина заключение Бехтерева не произвело особого впечатления. Подозреваю, что ему говорили уже о заболевании, и довольно давно. Вероятно, он имел дело с психиатрами ещё до революции. (После того, как в 1928 г. обнаружилось, что жена (Надежда Сергеевна) изменяет Сталину с его сыном от первого брака Яковым) для Иосифа Виссарионовича столь нелепая семейная обстановка обернулась периодическими обострениями его душевной болезни (Успенский, 1990: 201–202, 212–213, 257).

Из рассказа Мясищева[2] можно предположить, что Бехтерева вызывали на консультацию в связи с развивающейся сухорукостью Сталина, а паранойю он установил попутно. Лидия Шатуновская пишет: В конце двадцатых годов Сталин впал в состояние тяжёлой депрессии. Пригласили Бехтерева, который провёл с ним несколько часов, а затем на вопросы окружающих сказал: Диагноз ясный. Типичный случай тяжёлой паранойи. (Мороз, 1988: 12).

(В 1989 г. в Литературной газете были опубликованы мнения высококвалифицированных психиатров по поводу психического состояния И. В. Сталина) Жизнь Сталина, его замкнутость, необычайная подозрительность, крайне своеобразное мышление, при котором любые реальные факты игнорировались или подчинялись его собственным идеям, грандиозная мания величия и преследования с периодическими обострениями. Многомиллионные жертвы, которые Сталин приносил с исключительной лёгкостью ради утоления собственного бреда и страха перед врагами, всё это укладывается в схему параноидной шизофрении. Считаю, что есть достаточно фактов, наводящих на мысль: страной тридцать лет правил душевнобольной (О. Виленкин, профессор, зав. каф. психиатрии Дагестанского мед. ин-та). Кое-что в поведении Сталина действительно смущает. Не исключено, что у него, в самом деле, были периоды, когда мог возникать бред. Но возникал ли он в действительности для этого нужны доказательства. Вызывают подозрение некоторые характерологические особенности Сталина. Холодность к детям. К внукам. Холодность и отсутствие глубоких привязанностей к кому бы то ни было. Но ведь это не сумасшествие и не бред это характерологические особенности (А. Г. Гофман, профессор, руководитель отд. Моск. НИИ психиатрии МЗ РСФСР). Сталин всё время жил сверхценными идеями (Н. П. Бехтерева, академик, дир-р Ин-та экспер. медицины АМН СССР). Тяжёлый психопат (М. Е. Бурно, доцент каф. психотерапии ЦИУ врачей, Москва). Такие черты, как обострённая подозрительность, преобладающая идея о своём особом значении, особой миссии, крайний эгоизм, чрезмерное самомнение, односторонность в оценках, нетерпимость к чужому мнению, злопамятная обидчивость всё это свойства далеко не гармонической личности. В психиатрии такие личности относятся к психопатическим, паранойяльно психопатическим. Усиление подозрительности, нетерпимости, мнительности и других тяжёлых характерологических качеств, повлекших за собой начиная с тридцатых годов волны репрессий, всё это с большей долей вероятности можно объяснить длительной гипертонической болезнью и атеросклерозом. При этих недугах, как известно, поражаются сосуды мозга. В результате уже имевшиеся особенности личности обостряются, характер становится всё более невыносимым. Болезнь эта протекает волнообразно за сёт возникающих время от времени нарушений мозгового кровообращения, мелких или крупных кровоизлияний (Н. Корнетов, к. м.н. научн. руковод. отд. НИИ псих. здоровья Томского научного центра АМН СССР) (Павлов, Федотова, 1989: 13).

. степень его недоверия, подозрительность, боязнь отравления заходили в последний год жизни столь далеко, что были случаи, когда Сталин, запершись у себя в кабинете, лично готовил себе пищу на электроплитке. Зная, как он ненавидел это занятие, и, учитывая, что таким кустарным образом можно приготовить лишь самое примитивное блюдо яичницу или отварные макароны, кажутся совершенно невероятными и фантастическими подобные действия Сталина. Но они зафиксированы достаточно объективными свидетелями. А это значит, что Сталин переживал тяжелейший психологический кризис (Похлёбкин, 1997: 53).

Параноидные черты как проявление психопатии (Lange-Eichbaum, Kurth, 1967: 533).

Это была та самая мания, которая отравила жизнь и многим другим тиранам. Она измучила Тиберия и Домициана, она терзала Людовика XI и султана Алла-эд-дина, она доводила до сумасшествия Грозного и Павла I. Притом она оставалась лишь одной стороной более общего психического расстройства, того самого, которое носит в психиатрии название кесарского помешательства. Заключается оно в сочетании мании преследования, во-первых, с верой в своё безмерное превосходство над всеми людьми прошлого и настоящего и с утратой ясного представления о границах своего могущества. Как правило, кесарское помешательство деспота выражается внешне в усилении беззаконных и бесчеловечных расправ, в принятии преувеличенных мер к собственной безопасности, в неустанных заботах о самопрославлении и в цепочке грандиозных, но зачастую ненужных для государства, даже нелепых строительных начинаниях (Андреев, 1992: 465).

Генералиссимус Иосиф Сталин страдал токсикофобией (боязнь отравления) и авиафобией (боязнь полётов на самолёте). Будучи главнокомандующим, он ни разу не побывал на фронте, а на мирную конференцию в Потсдам отправился поездом, который охраняли 17 тыс. бойцов НКВД и 8 бронепоездов. Кроме того, знаменитые ночные бдения Сталина заставляют подозревать у него сомнифобию (боязнь ложиться спать). Известно, что заснуть Сталин мог лишь в состоянии полного истощения, до которого он доводил себя, работая по ночам. …болел калигинефобией (страх перед женщинами, которые ему нравились)… Отчаянно робея перед предметами своей романтической влюблённости, он в то же время легко прибегал к услугам проституток. От одной из них он и заразился сифилисом, который в конце концов привёл его к безумию и потере зрения (Фенько, 2001: 53).

. в последний год жизни паранойяльное развитие у Сталина достигло психотического уровня: сверхценные идеи трансформировались в бредовые (Кандыба, 1998: 303).

Сталин был здоровым тираном безумного общества. Иными словами, никакой выраженной душевной болезни у светоча коммунизма не было и сводить всё к якобы имевшейся у него душевной аномалии нельзя, это невежественно, ни на чём не основано. Я бы отнёс Сталина к тем уникальным личностям, которые в самой феноменальной форме сконцентрировали в себе всё, что свойственно как больным, так и здоровым тиранам. Сталина можно считать параноиком, т. е. психопатом со склонностью к бредообразованию (особенно идей преследования и величия). (Буянов, 1991: 35, 37).

Фромм считает Сталина ярчайшим клиническим примером несексуального садизма (Ноймайр, 1997: 460).

В сложном конгломерате личностных расстройств у Сталина на передний план выходят то эпилептоидные черты (начиная с подросткового возраста, но проявлявшиеся весьма отчётливо и на всех последующих этапах жизни), то черты психопата-фанатика (с юношеского возраста и всю оставшуюся жизнь), то отдельные истерохарактерологические и экспансивно-шизоидные особенности (периодически на протяжении всей жизни), то паранойяльные особенности (усиливающиеся с годами)… В целом, если рассматривать эту мозаичную психопатию в аспекте её отношений с обществом, её нельзя не признать асоциальной… поскольку аморальность Сталина, начиная с его подростково-юношеского возраста, совершенно бесспорна… Однако главное в динамике психопатологических расстройств Сталина это наличие признаков патологического развития личности. Последнее включает в себя три главных компонента. Во-первых, это возвеличивание своей значимости путём абсолютного руководства построением 1-го в мире социалистического (а в перспективе и коммунистического) государства… В этом варианте для Сталина характерно появление идей величия… Наличие ригидности в его психике, связанное с присутствием фанатических и эпилептоидных свойств, обусловило его склонность к формированию сверхценных образований… В-третьих, это формирование (особенно заметное в последние годы жизни) параноида т. е. идей преследования, сопряжённых с переживаниями патологического страха… Начиная с 1949 г. (с 70 лет) у него отмечалось несомненное присоединение возрастных изменений и соматогенных расстройств (гипертоническая болезнь, атеросклероз, также оказывающих пагубное влияние на психику) (Гиндикин, Гурьева, 1999: 192–195).

В 1952 г. декомпенсация, достигшая бредового уровня, развилась уже на фоне атеросклеротического поражения мозга. Появились выпадения памяти… именно в этот период Сталин, прежде сдержанный, стал крайне вспыльчивым… Сказанное позволяет придти к заключению, что в последний год жизни паранойяльное развитие у Сталина достигло психотического уровня: сверхценные идеи трансформировались в бредовые (Щиголев, 2003: 307).

Вскрытие мозга Сталина, проведённое в 1953 г… показало признаки артериосклероза, по крайней мере, пятилетней давности. Сегодня его состояние было бы названо как ранняя стадия многоинфарктного слабоумия. …при когнитивном ухудшении и ранней стадии слабоумия двуязычные индивиды часто сначала утраивают способность владения вторым языком и возвращаются к родному языку, несмотря на десятилетия общения преимущественно на своём втором языке, как постыдно произошло со Сталиным (Голдберг, 2007: 88, 248).

Один из самых значительных западных биографов Сталина Роберт Такер, а также некоторые другие авторы считают, что диктатор был личностью с параноидальными тенденциями. Однако параноическая психопатия Сталина не считается болезнью. Свои основные решения Сталин никогда не принимал в состоянии невменяемости. Он всегда изучал другие точки зрения, очень часто запрашивал мнение того или иного специалиста. В последние годы его жизни мания преследования значительно усугубилась (Белади, Краус, 1990: 229).

Можно предположить, что всё происходящее в стране в 30-е и 40-е годы было проекцией его собственных бредовых констелляций (Руднев, 2005: 127).

Подозрительность Сталина развивалась не на пустом месте, а его нелёгкий характер, что немаловажно, стал таковым ещё из-за того, что и в личной жизни у него не всё обстояло далеко не блестяще (Бушков, 2008: 374).

Психопатологический анализ личности Сталина проведён биографами-психиатрами достаточно обстоятельно. Психоаналитики могли бы обнаружить у вождя народов ещё одну причину (помимо социально-исторических) его необыкновенной славы и длительной популярности. Архетип (форма бессознательных влечений человека) Ожидания Чуда времён Ленина генералиссимус Сталин сменил другой архетипической тенденцией Героическим Мифом. Согласно этой модели народ получает осуществление всех своих желаний не сразу (как при Ожидании Чуда), а через долгий период борьбы и страданий. Присутствовали все части мифологической структуры: сам Герой, которому поклоняется весь народ, коварный Враг, с которым он борется, неизбежность страданий и жертвенности со стороны народа. Этот миф успешно эксплуатировал подсознательные стремления миллионов людей более тридцати лет.

Андреев, Д. Л. (1992) Роза Мира. М. Иной Мир.

Белади, Л. Краус, Т. (1990) Сталин. Пер. с венг. М. Политиздат.

Бушков, А. А. (2008) Сталин. Красный монарх. Хроники великого и ужасного времени. М. ЗАО ОЛМА Медиа Групп.

Буянов, М. И. (1991) Приключения древней загадки. (Истерия, история, суеверия). М. Прометей.

Буянов, М. И. (1994) Лики великих, или знаменитые безумцы. М. Российское общество медиков-литераторов.

Гиндикин, В. Я. Гурьева, В. А. (1999) Личностная патология. М. Триада-Х.

Голдберг, Э. (2007) Парадокс мудрости. Научное опровержение старческого слабоумия. М. Поколение.

Кандыба, В. М. (1998) Люди и феномены. Удивительные феномены разных стран и эпох. СПб. Лань.

Климов, Г. П. (1994) Протоколы советских мудрецов. М. АО Астра семь.

Личко, А. Е. (1994) Был ли болен Отец народов? // Медицинская Газета. № 17 (4.03). С. 16.

Меняйлов, А. А. (1997) Катарсис. Подноготная любви. Психоаналитическая эпопея. М. КРОН-ПРЕСС.

Мороз, О. (1988) Последний диагноз // Литературная Газета. № 39 (28.09). С. 13.

Ноймайр, А. (1997) Диктаторы в зеркале медицины. Наполеон. Гитлер. Сталин. Ростов на Дону: Феникс.

Павлов, А. Федотова, З. (1989) Консилиум // Литературная Газета. № 31 (2.08). С. 13.

Похлёбкин, В. В. (1997) Он заказывал острые блюда // Огонёк. №42. С. 50–53.

Руднев, В. П. (2005) Словарь безумия. М. Независимая фирма Класс.

Успенский, В. Д. (1990) Тайный советник вождя. Роман-исповедь. Кн. 1. М. Советский патриот.

Фенько А. (2001) Справочник психопата // Власть, аналитический еженедельник. № 26. С. 52–55.

Щиголев, И. И. (2003) Психиатры об известных личностях. Брянск: Издательство БГПУ.

Lange-Eichbaum, W. Kurth, W. (1967) Genie, Irrsinn und Ruhm. Genie-Mythus und Pathographie des Genies. 6. Aufl. München-Basel: Reinhardt.

[1] Бехтерев В. М. (1857–1928) русский учёный.

[2] Мясищев В. Н. (1893–1973) сов. психиатр, директор Психоневрологического института им. В. М. Бехтерева.

Метки: . Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии запрещены.